Название:
Банный бес. Глава 4. Запрягайте, хлопцы, коней.Добавлен:
18.03.2025 в 18:55Категории:
Зоофилы Лесбиянки Золотой дождь Странности Остальное
Всё мясо ей ободрал, гад!
Валя пальцем нашла резко дрогнувшую ямку сфинктера. Надавив, приоткрыла, приставила тупой влажный кончик залупы. «Ну, Ми-шень-ка моя!» - рывком бёдер впихнула ТТ в жопу охуевшего от неожиданности Мишки и, не давая ему опомниться, буйно зашлёпала лобком ему в копчик...
На утренней дойке Валя, усталая донельзя, шепнула Матрёне:
— Слышь, Мотря! Я с Ми-шень-кой поиграла надысь. В жопки, прикинь! И угадай, кто раком стоял?..
Как выяснилось вскоре, зря Муха такое шепнула всё понимающей, но болтливой Матрёне. Да, сперва Мотря в восторг пришла, пошли у них поцелуи, бабские милые обнимашечки. Даже разделись, даже прилегли чуток – вот как припекло обеих! Всё от её ТТ-шечных с Мишкой вчерашних игрищ.
Ну, Валя помимо обнимашек ещё и коровку свою кое-как доила – животину ждать не заставишь, ей человеческие проделки неинтересны. Короче, Валя коровку за сиськи на вымени дёргала, а Матрёна – Валю. То за сиськи, то и в пизду. Весело было!
Валя насилу отдоилась и, укрыв марлей ведро, поволокла его в дом – цедить парное молочко через марлю, да по банкам его разливать, да в подпол на ледник ставить – чтоб не скисло.
А Матрёна, сука говорливая, тем же часом разбудила Мишку и... сдала Валюшку с потрохами. И без того злой со сна Мишка от обиды на Муху побурел, разъярился. Бросился к Валентине, извлёк её из подпола, толкнул к Мотре, велел обеим раздеться догола.
Чо ж, разделись. Мишка, рыча, намотал на кулак ремень.
Сперва тяжёлой сыромятной кожей отходил обеих: бабы, винясь перед ним, гнулись в три погибели, но уворачиваться не смели – чтоб Мишка ещё больше не озверел.
Отхлестав обеих по чём попало, разошедшийся ёбарь оставил хнычущую неженку Матрёну, а Муху, главную виновницу, наоборот, связал, заткнул кляпом рот и в таком беспомощном виде свалил кулём в садовую тачку – и велел Матрёне отволочь тачку на двор. А сам уселся думать, чо бы ещё с виноватой учинить.
Муха, конечно, поклялась-покаялась бы ему, вину бы отмолила - да рот ей, бедолаге, так запечатали вгорячах, что едва скулы не вывернуло. В общем, лежала она в тачке, свёрнутая не пойми каким клубком и томилась. Мишка в избе с Матрёной уже и пожрали, и молока попили, и поеблись даже – судя по Матрёниному сладкому ору. А Мишка всё думал. А Муха уже затекать начала.
Ещё её, голую, мошкара, проклятущая, заедала...
Уж и наполдни колхозный скот прогнали по улице. И тень с сарая переместилась, и начало Мухе жопу, к самому солнышку из тачки выставленную, припекать Нешуточно.
Наконец Мишка придумал.
И повезли Валюшку огородом – надо полагать, в конюшню. Колёса тачки вязли в сырой земле, пленницу подбрасывало на комьях; скрученные с запястьями ступни скребли в борта, согнутый дугой хребет ранило колким сором со дна.
Поглаживая её красные, обваренные солнцем ягодицы, Мотря на ходу, пригибаясь к торчащей Мухиной жопе, блудила в пизде языком; Валя бессильно сучила ляжками.
Вот Мишка встал полущить гороху с подвернувшейся некстати грядки, кинул Матрёне затык: «Вдуй дуре!». Мотря, не колеблясь, тут же и «вдула» подруженьке.
Чего-чего, а дрочить Мотря умела. И елдаком и языком.
Стыдно признаться, Валя потекла в три ручья. И позорно сдалась, стала спускать - на глазах раздувающего ноздри Мишки...
Спускала как всегда беспамятно; очнулась Валя, глядь: она уже в конюшне, вывалена из тачки и, покачиваясь, связанная висит раком в станке для случки. И, привет всем родным и близким: сырую пизду Мухину жеребец нюхает. С неподдельным интересом.
Вона чо дрочили её! Поняла Муха тотчас: запах её пиздяной смазки добывали, чтоб у Орлика хер на бабу встал!
Тут ведь вот какое дело, непростое и, скажем
Эротические и порно XXX рассказы на 3iks
Прощай девственность на преподавательском столе