Название:
Номер триста пятьДобавлен:
29.01.2026 в 00:29Категории:
Измена
красными пятнами на белой нечистой коже. Кадык дергается на тощей шее, как будто он пытается проглотить свой страх, но это невозможно - он видит перед собой этот холодный немигающий взгляд, и его рот беззвучно открывается, как у рыбы, выброшенной после шторма на берег.
— Триста пять. Третий этаж. В конце коридора, - слова вылетают из него скороговоркой, и он явно облегченно вздыхает, когда произносит их, как будто сбросил с себя тяжесть знания, поделившись с тем, кому оно было необходимо.
Он кладет поверх купюр еще двадцатку.
— Это за молчание. И если ты откроешь рот ближайшие сутки, я вернусь, и тогда эти деньги я запихаю тебе в рот и вытащу через зад. Или наоборот, по настроению.
3.
Лестница узкая и скрипучая, ступени истоптаны тысячами ног, которые ходили здесь вверх и вниз, с надеждой или с отчаянием, с любовью или с ненавистью, но всегда с маленький грязной тайной. Каждая ступень стонет под его весом, как будто жалуется на бремя, которое несет со дня открытия отеля, на все эти секреты, всю боль, которая пропитала дерево до самой его гнилой сердцевины.
Он поднимается медленно, считая ступени, считая секунды, считая удары своего сердца, которое бьется слишком громко, слишком быстро, как будто пытается выпрыгнуть из груди. Нет, волнения нет, как нет и колебаний и сомнений в правоте, в том, что он собирается сделать. Левая рука сжимает деревянные перила, шершавые и липкие от грязи. Правая - в кармане пальто, пальцы плотно обхватывают рукоять револьвера.
Первый этаж остается внизу, и откуда-то из-за закрытых дверей доносится музыка - джаз, медленный и тягучий. Саксофон плачет о чем-то потерянном навсегда, о любви, которая умерла, о надежде, которая сгорела дотла, и в этом плаче слышна вся боль этого города, всех его жителей, всех тех, кто когда-то верил, что может быть иначе.
Второй этаж встречает пустым коридором с облупившимися обоями. Двери номеров закрыты, но за ними продолжается видимость жизни - за одной слышен мужской смех, пьяный и фальшивый, за другой - плач женщины, тонкий, жалобный, и эти звуки сливаются в жуткую какофонию.
Третий этаж.
Номер триста пять находится в конце коридора, самый последний, как будто специально спрятанный от посторонних глаз. Дверь обшарпанная, краска местами облезла до голого дерева. Номер прибит криво, цифры из латуни потускнели и покрылись чем- зеленым.
Он останавливается перед дверью, и время замирает, как будто мир задержал дыхание, ожидая то, что должно произойти дальше. Прислушивается, тишина. Может, он ошибся и они просто разговаривают о чем-то, просто встретились, чтобы обсудить что-то, может, все не так, как он думает?
Но он знает, что это самообман, последняя попытка его разума защититься от того, что его сердце знает уже наверняка. Он знает, зачем они здесь, знает, что происходит за этой дверью, и это знание жжет его изнутри сильнее любого огня.
Он опирается плечом о холодную стену коридора.
Пот выступает на лбу, стекает по вискам, смешиваясь с дождевой водой, которая все еще капает с волос. Рука дрожит, и он сильнее сжимает пальцы на рукояти револьвера, заставляя себя успокоиться, заставляя дыхание выровняться. Дышит глубоко - раз, два, три, четыре - как учил его отец когда-то давно, когда они ходили на охоту, когда жизнь еще казалась простой, любовь - прекрасной, а смерть - далекой и нереальной. Тем, что случается с кем-то другим из утренних газет и полицейских сводок.
И тогда он слышит. Сначала тихо, почти неразличимо, как шепот или как стон ветра. Потом громче, яснее, отчетливее. Звуки. Те самые звуки, которые преследовали его в кошмарах последние три месяца, с тех пор как
Эротические и порно XXX рассказы на 3iks
Высота. Маша Дерябина