Название:
ФотографияДобавлен:
28.05.2026 в 00:27Категории:
Измена Романтика
наступающей не как абстрактное чувство вины, а как нечто физическое, что-то, что поселилось в ее теле, в груди, животе и руках, которые все еще слегка дрожали, когда она подняла их к глазам и всмотрелась в них. Она чувствовала это с такой полнотой, что не оставляла ей места для самозащиты и частичного признания, равно тому, если бы она только что кого-то убила. Не завершила какое-то действие, а именно убила, при этом сознавая конкретную виновность своего действия, совершаемого добровольно и неоднократно в течение продолжительного времени; осознавая его цену и последствия, потому что она решила, что ее желание этого вытеснило ее нежелание причинять боль.
Она подсчитала, что четырнадцать месяцев она продолжала это делать на Франклин-стрит каждые вторник и четверг, а иногда и в пятницу вечером. И в своем раннем расчете на принятие ее измены, как разовой ошибки, - она была неправа в том смысле, что эту длительную измену никак нельзя уже свести к ошибке, упущения или какими-то другими словами оправдать непреднамеренность ее неуважения и предательства мужа.
А Дэниел любил ее. Она знала об этом каждый день на протяжении четырнадцати месяцев и использовала это как свою защиту. Она полагалась на это, позволяла его прочности заставить ее безрассудство почувствовать себя в безопасности, потому что мужчина, который так сильно тебя любит, не будет разрушен тем, что ты делаешь, потому что он полон любви и будет держаться даже если на него возложить более тяжелое бремя. Теперь, сидя в квартире с белыми пионами на кухонном столе и все еще сжимая в руке брелок с компасом, она понимала, что это был самый точный и самый непростительный просчет в ее жизни. Не сам роман, не ложь, а использование его любви в своих целях: то, как она использовала его постоянство в качестве опоры, пока строила что-то за его спиной без его ведома.
Она закрыла лицо руками.
Звуки, которые она издавала, не отличались достоинством. Это был стон из человеческой глубины, что-то природное, может быть - стон человека, который очень долго держал в руках что-то очень тяжелое и, наконец, в момент полного обессиливания, опустил это на землю - не нежно, не изящно, а просто сбросил, когда его руки разжались, ноги подкосились и сил больше не стало. Долгие, прерывистые вздохи, которые, казалось, исходили откуда-то из глубины ее сущности, из какого-то более глубокого механизма, о существовании которого она и не подозревала. Она не могла бы сказать, как долго это продолжалось. Достаточно долго, чтобы январский свет в комнате слегка изменился к тому времени, когда она подняла голову и посмотрела в окно.
Она не плакала так с тех пор, как умер ее отец. Она и не подозревала, что все еще может плакать.
Она сидела с мокрым лицом и прерывистым дыханием, смотрела на белые пионы на кухонном столе и чувствовала, как чувство вины овладевает ею сильнее, чем за весь день, - не накатывает сейчас, как накатывало все утро, волнами и оценками, а просто присутствует, как постоянное состояние того, как погода становится климатом. Она сделала это. Она создала этот день, и она жила в нем, и она будет жить в нем еще долго, и с этим ничего нельзя было поделать, и некуда было это положить, и некому было позвонить.
Она подняла трубку. Положила ее снова. Подняла трубку. Может быть... Сара.
***
Сара проснулась в семь часов.
Она плохо спала - если быть честной с самой собой, то плохо спала уже с октября, с того самого званого ужина, когда она наблюдала за Дэниелом с другого конца комнаты с особым страхом
Эротические и порно XXX рассказы на 3iks
Женечка, моя первая девочка