Название:
Тени августа (Части 11 - 12)Добавлен:
04.06.2026 в 03:07Категории:
По принуждению В попку Подчинение и унижение Остальное
Всё, что знали. Сейчас выведем — и к оврагу.
Варя кивает. Молчит.
Ближе к обеду Вернера и Штайнера выводят из землянки. Они идут, шатаясь, поддерживаемые партизанами. Лица — в кровоподтёках, глаза заплыли, мундиры разорваны. Вернер смотрит под ноги, не поднимая головы. Штайнер всхлипывает, бормочет что-то по-немецки, молит о пощаде.
Варя поднимается. Татьяна — следом.
Они подходят к немцам вплотную. Партизаны расступаются, давая дорогу. Варя смотрит Вернеру в глаза — он поднимает голову, встречается с ней взглядом, и в его глазах — страх. Настоящий, животный страх.
Она смотрит на него минуту. Молча. Вспоминает всё. Каждое прикосновение, каждое слово, каждую минуту унижения. Вспоминает, как он брал её мать, как смеялся, как ломал их обеих.
Потом она сплёвывает. Прямо в лицо. Медленно, смачно.
Вернер вздрагивает. Слюна стекает по его щеке, смешивается с кровью.
Татьяна подходит к Штайнеру. Тот смотрит на неё, трясётся, что-то бормочет — про пощаду, про то, что он не хотел, что его заставили. Татьяна смотрит на него — и тоже сплёвывает. В лицо. Молча.
Потом она берёт Варю за руку, и они уходят. Не оборачиваясь.
Им вслед — два выстрела. Коротких, сухих, без эха.
Варя вздрагивает. Останавливается. Закрывает глаза.
— Свободны, — шепчет она.
Татьяна обнимает её — крепко, до хруста в костях. И они стоят вдвоём, обнявшись, посреди леса, и плачут. Впервые — свободно, громко, не боясь, что кто-то услышит.
Плачут за всё. За отца, который пропал без вести. За дом, который стал тюрьмой. За те ночи, которые не забыть. За себя — живых, израненных, но живых.
Партизаны не мешают. Стоят в стороне, курят, смотрят в землю. Рыжий подходит к оврагу, смотрит вниз, потом возвращается к костру и садится.
Когда слёзы высыхают, Варя вытирает лицо рукавом ватника. Смотрит на мать. Татьяна улыбается — слабо, сквозь слёзы, но улыбается.
— Ну что, — говорит Варя. — Идём?
— Идём, — отвечает Татьяна.
Они подходят к рыжему. Тот поднимает голову, смотрит на них усталыми глазами.
— Спасибо вам, — говорит Татьяна. Голос хриплый, но твёрдый. — За всё спасибо.
Рыжий кивает. Молчит.
— Мы хотим к вам, — говорит Варя. — В отряд. Я медсестра, мать — врач. Мы всё умеем. Мы вытерпим всё. Возьмите нас.
Рыжий смотрит на них долго. Переводит взгляд с матери на дочь, с дочери на мать. Потом отводит глаза и краснеет — как мальчишка, впервые в жизни.
— Понимаете... — начинает он и замолкает. Мнёт в руках немецкий нож. — Тут... такое дело...
— Говорите, — говорит Татьяна. — Мы уже всё видели. Всё пережили. Вы нас не испугаете.
Рыжий вздыхает. Смотрит на партизан — те отводят глаза, кто в землю, кто в небо, кто начинает прикуривать уже потухшую цигарку.
— Тут мужики, — говорит он наконец. — Одни мужики. Уже несколько месяцев... без женщин. Война, сами понимаете. А вы — бабы красивые. И мы боимся, что... — он замолкает, подбирает слова. — Что трудности возникнут. Сами знаете, какие.
Варя смотрит на него. Потом на мать. Татьяна стоит бледная, но спокойная.
— Я понимаю, — говорит Татьяна тихо. — Я всё понимаю.
Она усмехается — горько, как усмехаются люди, которые уже прошли через ад и знают, что обратной дороги нет.
— Если надо будет — я помогу. Чем смогу. Если вам не противно будет... после немцев.
Рыжий краснеет ещё сильнее. Отводит взгляд.
— Теть Тать, ну что вы... — бормочет он. — Какое там противно... Вы же не виноваты, что так вышло...
— Не виновата, — говорит Татьяна. — Но жизнь такая, что приходится выбирать. Я выбираю жить. И дочь свою спасти. А остальное — переживу.
Варя сжимает мамину руку. Смотрит
Эротические и порно XXX рассказы на 3iks
Аня и Саша