Название:
Тени августа (Части 11 - 12)Добавлен:
04.06.2026 в 03:07Категории:
По принуждению В попку Подчинение и унижение Остальное
входит.
Она вскрикивает — от боли, от унижения, от того, что Варя видит это. Вернер трахает её медленно, глубоко, каждым толчком проталкивая её лицом в матрас. Татьяна сжимает зубы, чувствует, как слёзы текут по щекам, но молчит — чтобы Варя не слышала, как она плачет.
— Siehst du, wie sie sthnt? — говорит он Варе по-немецки, но Варя понимает. — Видишь, как ей нравится? Твоя мама — шлюха. Хорошая шлюха.
Варя не отвечает. Она смотрит на мать, на её спину, на синяки, на то, как тело матери вздрагивает от каждого толчка, и в её глазах загорается что-то — не смирение, не боль. Злость. Тихая, холодная злость.
Краузе пододвигается к ней, проводит пальцем п её губам, влажным от его слюны.
— Теперь ты, — говорит он по-русски, коверкая слова. — Ты хочешь, чтобы я тебя трахал? Скажи. Скажи да.
Варя смотрит ему в глаза. Долго. Потом переводит взгляд на мать, которая корчится под Вернером, и тихо отвечает:
— Да.
Краузе улыбается, ложится рядом, задирает её ноги себе на плечи. Варя не сопротивляется, когда он входит в неё — смазанный, скользкий от её же влаги. Она только сжимает зубы и закрывает глаза, позволяя телу двигаться в чужом ритме.
В комнате только звуки — влажные, чавкающие, ритмичные. Два тела трахают два других тела, и никто не говорит. Только дыхание, сбитое, хриплое, и скрип пружин кровати.
Вернер кончает первым — утробно, глубоко, уткнувшись лицом в спину Татьяны. Он замирает на секунду, потом выходит, оставляя её лежать — раздавленную, мокрую, дрожащую.
Краузе двигается быстрее, сбиваясь с ритма, и через минуту тоже кончает — в Варю, с хриплым стоном, падая на неё сверху тяжёлым телом.
Тишина. Только дождь за окном и чьё-то дыхание.
Краузе встаёт, застёгивает ширинку, подходит к Вернеру, который уже наливает себе из бутылки.
— Zufrieden? — спрашивает он.
— Noch nicht, — отвечает Вернер, глядя на женщин на кровати. — Noch lange nicht.
Они выходят, не закрывая дверь. В коридоре слышны их голоса, звон стаканов, смех. А в спальне — тишина.
Татьяна с трудом поднимается на локтях, поворачивается к дочери. Варя лежит на спине, глядя в потолок. Сперма течёт по её бедру, смешиваясь с кровью — тонкой красной струйкой из надорванной девственной плевы.
— Варя... — шепчет Татьяна, протягивая руку.
Варя перехватывает её запястье, сжимает — сильно, до синяков.
— Я их убью, — говорит она, не глядя на мать. Голос её ровный, холодный, чужой. — Я их убью, мама. Обоих.
И Татьяна молчит. Потому что не знает, что ответить. Потому что, возможно, это единственная правда, которая у них осталась.
Воздух в спальне застыл — густой, спертый, пропахший потом и спермой. Татьяна сидит на краю кровати, сжимая в руках мокрую тряпку, и смотрит на Варю. Дочь лежит на животе, уткнувшись лицом в подушку, — короткие волосы разметались по наволочке, острые лопатки торчат под бледной кожей. На спине проступают синие отпечатки пальцев — следы рук Краузе, который держал её за плечи, вколачиваясь в неё сзади.
Татьяна медленно ведёт тряпкой по бедру дочери, стирая засохшую сперму — белую корку, смешанную с тонкими струйками крови. Варя не двигается. Только дыхание — ровное, слишком ровное, как у человека, который спит с открытыми глазами.
И вдруг Татьяна замечает: подушка под лицом Вари намокает. Тёмное пятно расползается по наволочке. Варя плачет — беззвучно, без всхлипов, слёзы просто текут из закрытых глаз, капают на ткань, и тело остаётся неподвижным, словно она научилась плакать неживой.
— Варенька... — шепчет Татьяна, протягивая руку к её волосам.
Варя дёргает головой — не позволяет прикоснуться.
Из горницы доносится звон стаканов и
Эротические и порно XXX рассказы на 3iks
Стишки!