Название:
Персик в августе - зрелая и сочная (Части 1 - 5)Добавлен:
15.07.2026 в 18:21Категории:
Измена Зрелые Групповой секс
забирая у неё опустевший стаканчик. — Не хочу, чтобы вы напились.
— Я уже пьяна, — призналась Светлана, и это признание далось ей удивительно легко. — Немного. Но достаточно, чтобы говорить правду.
— Какую правду? — спросил Дима, и его пальцы всё ещё лежали на её руке, тёплые, уверенные.
— Что я чувствую себя старой. И одинокой. И что мне очень приятно сидеть здесь с вами, хотя я понимаю, что это неправильно.
— Почему неправильно? — удивился Артём. — День рождения. Женщина. Хорошая компания. Что здесь неправильного?
— Мне сорок два, — повторила Светлана, словно это всё объясняло.
— И что? — пожал плечами Дима. — Мне двадцать два. Артёму двадцать один. Мы все взрослые люди. Или вы боитесь, что ваши соседи увидят?
Светлана представила соседку с третьего этажа — ту, которая всегда смотрела косо, когда она возвращалась домой после работы. Представила, как та выглянет в окно и увидит свою «респектабельную» соседку на скамейке с двумя молодыми парнями, с бутылкой шампанского. И вдруг ей стало всё равно. Совершенно, абсолютно всё равно.
— Не боюсь, — сказала она и взяла у Артёма стаканчик, который он снова наполнил. — Сегодня я ничего не боюсь.
Они пили ещё. Разговаривали обо всём и ни о чём. Студенты рассказывали о своих занятиях, о дурацких преподавателях, о сессиях, о планах на будущее. Дима учился на маркетолога, Артём — на программиста. Светлана слушала их молодые, горячие голоса, смотрела на их жесты — порывистые, широкие, полные той энергии, которую она почти забыла. И где-то на периферии сознания пульсировала мысль: она же могла быть их матерью. Если бы родила в двадцать, её сыну или дочери сейчас был бы двадцать один, двадцать два. Но дети были старше? Нет. Сыну — двадцать четыре, дочери — девятнадцать. Почти ровесники.
Эта мысль должна была остановить её. Испугать. Заставить встать и уйти, сославшись на головную боль, на усталость, на что угодно. Но она не встала. Потому что её сын не смотрел на неё так, как смотрел Дима. А её дочь не делала комплиментов её фигуре, потому что для детей мать — это мать, существо бесполое, почти святое, которое не должно вызывать ничего, кроме уважения и заботы.
А эти двое смотрели на неё как на женщину.
— Знаете, Света, — сказал Дима, когда шампанское почти закончилось, а время перевалило за одиннадцать, — вы очень сексуально выглядите для своих лет. Я не хочу вас обидеть. Я хочу сказать, что вы выглядите лучше многих двадцатипятилетних. И у вас... — он запнулся, словно подбирая слова. — У вас есть то, чего нет у девчонок. Зрелость. Уверенность. Вы знаете, чего хотите.
— Если бы я знала, чего хочу, — усмехнулась Светлана, — я бы не сидела здесь в полночь с двумя парнями, которые могли бы быть моими сыновьями.
— Не могли бы, — возразил Артём. — Чтобы родить такого сына, как я, нужно было родить меня в девятнадцать. А в девятнадцать, с вашего позволения, вы выглядели иначе. И сейчас вы выглядите иначе. Лучше.
— Лучше? — переспросила она. — Чем в девятнадцать?
— В девятнадцать женщины похожи на зелёные яблоки. Твёрдые, кислые, невкусные. А вы... — Артём смотрел на неё так пристально, что она почувствовала, как её грудь поднимается чаще. — Вы как персик в августе. Спелый, сочный, сладкий. Который хочется съесть.
Светлана поперхнулась шампанским. Дима хлопнул её по спине, и его рука задержалась на лопатках чуть дольше, чем нужно.
— Тём, ты её смущаешь, — сказал он, но в его голосе не было осуждения. — Не
Эротические и порно XXX рассказы на 3iks
Египетские мальчики