Название:
Каникулы СётаконДобавлен:
Сегодня в 08:05Категории:
Гомосексуалы Фантазии Подчинение и унижение
жидка с фамилией сахарозаводчика.
Теперь мне стыдно за своё увлечение.
Вообще ничего необычного нет в ненависти к тому, кем ты по молодости соблазнился.
Взять хоть Кромвеля. Очаровал бедных англичанишек; боготворили они его, боготворили, да не выбоготворили, разрыли его могилу и вздёрнули труп на виселицу.
Или Сталина. Бросил к ногам России полмира, чтобы теперь у нас не было ни мира, ни памятника Сталину.
Все мы кем-то увлекаемся, кого-то боготворим, разочаровываемся и холодно ненавидим тех, кого горячо любили.
Эта суета и томление духа началось далеко не при нас.
Я напишу, почему горе-поэт перестал быть моей путеводной звездою.
Не потому, что вдруг оказалось, что он жидок на расправу. А потому, что он слишком уж явно изменял нам, признаваясь в любви публично к английской королеве. При этом крутил-вертел, королеву выбрал не совсем английскую, а шотландскую, чтобы дополнительно мозги ломать читателям. Не русский, не жидовин, не англичанин, а шотландец вот.
Русское ему не нравилось. Всё охаял наше. А всё английское превознёс, как многие у нас недоумки Кузнецкого моста, как Курбский, Керенский, Набоков и Горбачёв. Будто загипнотизированные Интеллиджент-Сервисом, нелепые мудозвоны с растаявшим сердцем, расслабленными коленями и протухшими яйцами.
Вот жидок слепил стишок про Александровский сад, даря его на Новый год под ёлочку другому жидку, не менее забавному, но более тупому. И что же? Александровский сад, являющийся неразрывным приложением к Адмиралтейству, преподносится вполне пацифистски: кораблик, дескать. А сами здания, составляющие основу государственной и военной мощи России, названы кирпичным надсадом. Конечно, окололитературный трутень хотел бы увлечь нас своим жидовским мышлением: надсад — это не то, что по-русски когда надсаживаются, напрягаются, а некая надстройка над садом: над-сад. Но зачем нам, русским, думать, как жид? И зачем нам метать бисер русского Адмиралтейства перед английскими прихвостнями?
Жид-злопыхатель за пиндосскую тушёнку густо обосрал советскую власть. Разумеется, с целью выслужиться перед англичанишками и пиндосами. Болезненная густота его проявилась в извращённом поиске мельчайших деталей, на которые чудаковатый диссидент не жалел своего тушёночного говна. Так, он заявляет с жидовской прямотою: дескать, тут мне так херово, так херово, что даже плетёные стулья здесь на болтах и на гайках. Образ убийственный. Для тех, кто не разбирается в производстве мебели. Ведь если плетёный стул не скрепить гайками и болтами, то он может и не выдержать жопу унылого ленинградского антисоветчика. Оказавшись наконец на своём обетованном Западе, жид мог бы позаглядывать ради интереса под сиденья плетёных стульев в капиталистических кофейнях и обнаружить там и болты, и гайки, и свою тупость.
Из-за его паскудного недостихотворения «На независимость Украины» выглядывают уши Янкеля: каких бы ещё славян стравить между собой, чтобы поиметь гешефт!
Вообще же рядящийся в тогу чудной сахарозаводчик склонен к финту ушами. Какой из его вздорных стихов ни возьми, оказывается, что стих этот изобретён не чудаком нашим на букву «мэ», а вполне себе русским поэтом древним, а жидок только подогнал эту древность под современность. Конферанс такой ловкий. Расчёт на русскую лень, что русский не имеет охоты рыться в бытописании земли и специально изучать своих собственных старых русских поэтов. И не узнает, стало быть, в говнотворении суетливого жидка стихотворение Державина или Кантемира. Конечно, тот русский смысл, который Хлебников или Анненский вложили в свои творения, отнюдь не содержится в уморительных подделках жидка. И потому весь его слезливый вельтшмерц обусловлен тем, что он не может как следует уподобиться русскому; он страдает от этого не на шутку и снова и снова бросается на покорение сомнительных вершин, где уже побывали и Радищев, и Герцен, и Набоков, учась у англичанишек маскировке, чтобы поубедительней сойти за русского, пропагандируя продажи английского говна.
В
Эротические и порно XXX рассказы на 3iks
Горячий квартирант