Название:
Вьетнамский тупик (Полная версия)Добавлен:
Сегодня в 03:57Категории:
Золотой дождь Подчинение и унижение
злился, но старался не обращать внимание. Но когда одна из женщин может быть случайно, а может нарочно чуть не опрокинула ведро, Эл не выдержал и с силой толкнул ее.
Женщины на мгновение замерли от неожиданности, но тут же пришли в себя.
— Đừm n! — крикнула одна.
Четверо самых крепких тут же бросились к нему. Вьетнамские женщины были невысокие но крепкие. Эл тоже не отличался высоким ростом, он попытался отбиться, но их было слишком много. Его схватили за руки, повалили на холодный кафельный пол и крепко держали.
Одна из женщин — повыше других, с жёсткими чертами лица — присела над ним, Эл с ужасом увидел что на ней нет нижнего белья и в тот же момент горячая струя разбрызгиваясь ударила ему в лицо
Эл захлебывался. Он отчаянно крутил головой, пытался вырваться, но хватка остальных была железной. Наконец женщина встала, поправила юбку и расхохоталась. Остальные подхватили её смех. Эл, дрожа всем телом, поднялся на ноги, стараясь не смотреть на них. В глазах стояли слёзы ярости и унижения. Женщины разошлись, продолжая переговариваться и посмеиваться. Эл остался один. Он оперся о стену, глубоко дышал, пытаясь прийти в себя.
Когда он кое-как умылся и вышел из туалета, его взгляд невольно скользнул к той женщине. Она насмешливо улыбалась и Эл опустил глаза.
«Белоснежка... — мысленно повторил Эл. — Они сделали из меня Белоснежку. Но это временно. Я найду способ выбраться отсюда».
Желание сбежать, вырваться из этого места видимо было написано на лице у Эла. Но тут Старшая оказалась рядом — не подошла, а возникла, как тень, бесшумная и неотвратимая. Она перехватила его взгляд, прочитала в нём этот порыв — и покачала головой, медленно, угрожающе, как останавливают зверя, готового броситься.
— Đừng... — начала она, и голос её звучал не громко, но так, что в цехе снова стало тихо, будто даже машины на секунду сбавили ход. — Đừng chạy. (Не беги.)
Она заговорила, перемежая вьетнамские слова с ломаным английским, подбирая фразы, будто выкладывала перед ним кирпичную стену из смысла и ужаса:
— Một c gi... — она подняла один палец, подчёркивая важность. — Chạy. (Одна девушка... бежала.) Потом сделала жест, будто кто‑то хватает, догоняет. — Bị bắt. (Поймали.)
Её лицо стало жёстким, почти каменным.
— C ấy... — она запнулась, искала английское слово, —.. .became wife of many men. (Стала женой многих мужчин.)
Эл похолодел. Он не хотел верить, не хотел понимать, но смысл пробивался сквозь ломаные фразы, как вода сквозь тонкую ткань.
Старшая помолчала, давая словам осесть, а потом сделала ещё один жест — простой, страшный, безошибочно понятный. Она подняла руку, провела ладонью по горлу, потом сложила пальцы в петлю и резко дёрнула вверх.
— Потом... — сказала она тихо, почти шёпотом, но от этого стало только страшнее. — Như vậy. (Вот так.)
По цеху прокатился короткий, сдержанный шёпот — не сочувственный, а скорее одобрительный, будто работницы подтверждали: да, так и бывает. Так и должно быть.
Эл медленно опустился обратно на стул. Пальцы разжались, выпуская столешницу. Злость никуда не делась — она осталась внутри, тугая, дрожащая, как натянутая струна, — но теперь к ней примешался ледяной, пробирающий до костей страх. Он смотрел на старшую, на работниц, на серую ткань перед собой — и понимал: бежать нельзя. Здесь не просто не дадут уйти — здесь покажут, что бывает с теми, кто пытается.
Старшая постояла ещё мгновение, убедилась, что он понял, что угроза дошла, и кивнула — коротко, деловито, как будто закрыла какую‑то внутреннюю дверь.
— Lm việc. (Работай), — бросила она и пошла дальше вдоль рядов,
Эротические и порно XXX рассказы на 3iks
Стая