Название:
Аромат цветкаДобавлен:
Сегодня в 09:58Категории:
Инцест Минет Традиционно
и ушла.
Дальше дни потекли странно и тягуче. Снаружи всё оставалось прежним. Они здоровались за завтраком, передавали друг другу хлеб, иногда даже шутили при родителях. Но стоило матери выйти в коридор или отцу закрыть дверь в свою комнату — между ними сразу повисала густая, горячая тишина. Взгляды становились тяжелее. Случайные касания пальцев при передаче тарелки обжигали сильнее, чем любые поцелуи.
Ночи были другими. Иногда она приходила к нему. Иногда он — к ней. Каждый раз всё становилось тише, глубже, отчаяннее. Они почти не разговаривали во время. Только дышали, смотрели друг на друга и двигались медленно, будто боялись, что слишком громкий стон разбудит весь дом.
Однажды она пришла ближе к трём часам ночи. Дверь открылась почти беззвучно. Виолетта вошла босиком, в одной его старой футболке, и остановилась у края кровати. Несколько секунд просто смотрела на него в темноте, будто выбирала, остаться или уйти. Потом молча стянула футболку через голову, откинула в сторону и села сверху, раздвигая колени.
Женя ещё не успел ничего сказать, когда она уже обхватила его ладонью, направила головку и медленно, с заметным усилием опустилась на него до конца. Воздух вырвался у неё из груди тонким, почти беззвучным выдохом. Она не двигалась несколько мгновений — только сидела, глубоко насаженная, и дрожала мелкой, непрерывной дрожью, будто тело само пыталось привыкнуть к тому, как плотно он её заполняет.
Потом начала двигаться. Не быстро. Тягуче, почти мучительно медленно, поднимаясь почти до конца и снова опускаясь, будто хотела чувствовать каждый миллиметр. Женя держал её за бёдра, пальцы впивались в горячую, чуть влажную кожу, но не направлял — просто держал. Смотрел вверх: на полуприкрытые глаза, на то, как она кусает нижнюю губу до белизны, чтобы не издать ни звука. В эти минуты в голове у него не было ни стыда, ни страха. Было только тяжёлое, почти болезненное желание раствориться в ней полностью — войти ещё глубже, остаться внутри навсегда, исчезнуть.
Виолетта наклонилась ниже, прижалась грудью к его груди и начала двигаться короткими, точными толчками. Её дыхание сбивалось, горячее, прерывистое, попадало ему прямо в шею. Иногда она останавливалась на самом глубоком мгновении, сжималась вокруг него так сильно, что у него темнело в глазах, и просто лежала так, прижавшись лбом к его плечу, будто пыталась запомнить ощущение изнутри навсегда. Он гладил её спину, ягодицы, проводил ладонями по внутренней стороне бёдер и чувствовал, как под пальцами мелко, почти судорожно дрожит кожа.
После она лежала рядом, глядя в потолок, и молчала. Иногда проводила пальцами по его груди и тихо, почти беззвучно выдыхала:
— Нам нельзя... но я не могу остановиться.
Он гладил её волосы и тоже молчал. Потому что внутри уже росло что-то тяжёлое и холодное. Страх. Привязанность. Понимание, что чем дальше — тем сложнее будет вернуться назад.
Так прошло почти шесть недель.
Днём они продолжали носить маски. Передавали друг другу хлеб за завтраком, отвечали родителям ровными голосами, иногда даже улыбались. Но стоило матери выйти в коридор или отцу закрыть дверь своей комнаты — между ними сразу повисала густая, горячая тишина. Взгляды становились тяжелее. Случайные касания пальцев при передаче тарелки обжигали сильнее, чем любые поцелуи.
Ночи были другими. Иногда она приходила к нему. Иногда он — к ней. Каждый раз всё становилось тише, глубже, отчаяннее. Они почти не разговаривали. Только дышали, смотрели друг на друга в темноте и двигались медленно, будто боялись, что слишком громкий стон разбудит весь дом.
К четвёртой неделе Женя начал замечать перемены. Виолетта стала заметно тише. Чаще задерживалась в ванной по утрам. Почти не ела за завтраком,
Эротические и порно XXX рассказы на 3iks
Устроившись на работу