Название:
ЛоктоберДобавлен:
Сегодня в 02:01Категории:
В попку Жено-мужчины
чулок. Я кончал с открытым ртом, с мокрыми глазами, с её именем на губах.
Марина не остановилась сразу. Продолжала медленно двигать бёдрами, выдаивая каждый спазм, пока я не закричал и не дёрнулся в лентах.
— Ой, — выдохнула она восхищённо. — Женечка... ты кончил. От попки. В клетке.
Она вышла, перевернула меня на спину и собрала сперму с металла пальцем. Протянула мне к губам. Я облизал.
— Умница, — сказала она и поцеловала меня в лоб. — Моя хорошая девочка.
После этого оргазм от страпона стал почти правилом.
Не каждый раз — иногда тело просто дрожало без семяизвержения, пустыми судорогами, от которых в глазах темнело. Но часто сперма всё же шла: жидкая, вынужденная, без эрекции, пачкая клетку и прокладку в трусиках. Марина каждый раз гладила меня по животу и шептала, какая я сладкая, какая мокрая, какая её.
На второй неделе появился катетер.
Марина читала про гигиену и «полный контроль» с тем же спокойным интересом, с каким раньше читала рецепты.
— Не обязательно каждый день, — объяснила. — Но хочу попробовать. Чтобы ты даже писать мог только так, как я устрою. Если заболит — сразу снимем.
Она вымыла руки, надела перчатки, смазала тонкую трубочку. Я лежал на спине с разведёнными ногами, клетка открыта только на время процедуры. Холодный гель на головке. Давление в уретру — странное, жгучее, глубокое. Катетер скользнул внутрь, мимо чувствительного места, пока не пошла моча в подставленный стакан.
Я дышал ртом. Марина держала меня за бедро и смотрела внимательно, без жестокости.
— Умничка. Почти всё.
Потом она промыла, вытерла, снова закрыла пояс — уже с коротким уретральным стержнем внутри некоторых моделей, которые мы сменили на более «долгую». Не каждый день. Но достаточно часто, чтобы я запомнил: даже это отверстие теперь может быть её.
Клизмы стали ритуалом перед вечерним сексом.
Тёплая вода. Её ладонь на животе. Голос:
— Выпустим. Помоемся. И я тебя трахну.
Мне нравилось, как буднично она это произносит. Не как наказание. Как заботу, внутри которой прячется её мания — трахнуть меня, связать, заполнить, оставить в металле.
Она любила вязать.
Мягкие ленты. Иногда веревка. Запястья к изголовью. Лодыжки в стороны — или, наоборот, колени сведённые ремнём, чтобы я сам чувствовал, как хочу сжаться, пока она сзади разводит ягодицы и входит. Иногда — руки за спиной, лицо в её киске, страпон ещё не надет, только мой язык и её стоны.
— Лижи. Вот здесь. Да, Женя... вот так...
Когда кончала, всегда благодарила поцелуем. Потом надевала ремни страпона с влажными глазами и уже другим голосом говорила:
— Теперь ты.
К третьей неделе мужской одежды дома почти не осталось.
Марина постепенно убрала мои футболки в дальний шкаф. Вместо них — её старые ночнушки, купленные платья для дома, юбки. Чулки в каждом ящике. Трусики — только кружевные, с местом под клетку и прокладкой.
— Тебе идёт, — говорила она, поправляя на мне воротник. — Правда идёт. Я смотрю на тебя и мокну.
Я брился полностью каждые два дня. Она сама водила бритвой по ногам, по ягодицам, по лобку вокруг кольца пояса. Холодный воздух на гладкой коже. Её пальцы, проверяющие результат.
В зеркале всё меньше оставалось от мужа, который первого октября ещё шутил над коробкой.
Я был её Женей в клетке. Её девочкой по вечерам. Её ртом между бёдер. Её дыркой под страпоном.
Марина не была строгой.
Она не кричала. Не унижала словами ради унижения. Она обнимала меня после жёсткого секса, приносила воды, вытирала сперму с клетки тёплой тряпкой, целовала колени, если ленты оставляли следы. И в то же время не могла остановиться. Ей нравилось меня трахать. Нравилось смотреть, как я свожу
Эротические и порно XXX рассказы на 3iks
Моя мама - моя любовница