Название:
Правила семьи Гордеевых 2Добавлен:
06.02.2026 в 04:09Категории:
Измена 18 лет
деловит. — Мы — семья. И в бане все равны. Особенно женщины. Нашим женщинам такое телосложение нужно. Крепкое, плодовитое. Не стыдись его. Покажи.
Эти слова «нашим женщинам», «плодовитое» ударили по её сознанию, как обухом. Это был не комплимент. Это была констатация её функции. И от этой животной, примитивной оценки по телу у неё перехватило дыхание. Внизу живота снова зашевелилось то тёплое, влажное, предательское чувство.
Под взглядом свекра, под тяжёлыми взглядами братьев, под растерянным взглядом мужа, её руки, будто сами собой, потянулись за спину. Она нащупала застёжку купальника. Щёлк. Верхняя часть ослабла. Она, зажмурившись, стянула лямки с плеч и, прикрывая грудь руками, сбросила мокрую ткань на колени.
Воздух, обжигающий и влажный, коснулся её обнажённой кожи. Её грудь, большая, пышная, с тёмно-розовыми, набухшими от жары и возбуждения ареолами и твёрдыми, как ягоды, сосочками, почти полностью открылась взглядам мужчин. Она прикрывала их руками, но это было бесполезно из-за пара внутри.
Игорь Владимирович не изменился в лице. Он кивнул, удовлетворённо.
— Вот. Теперь можно париться.
Он повернулся, взял ковш с водой и плеснул на камни. Шипящий взрыв пара окутал всё и всех.
В этом горячем, белом тумане Алёна сидела, обнажённая по пояс, чувствуя, как её тело становится центром вселенной. Она чувствовала взгляд Дмитрия — прямой, похотливый, изучающий каждую дрожь её кожи. Взгляд Максима — украдкой, полный благоговейного ужаса и восторга, он впервые видел обнажённую женщину, и это была она. Взгляд Артёма — смущённый, растерянный, будто он сам был виноват в том, что его жену раздели на глазах у его семьи.
И взгляд Игоря Владимировича. Самый страшный. Потому что он был не просто мужским. Он был владетельным. Он смотрел на неё, как на свою новую, удачную покупку. Как на будущее своей династии. И в этом взгляде была не только похоть, но и право. Право сильного. Право хозяина.
Когда они, наконец, вышли, и она, завернувшись в халат, бежала по коридору в свою комнату, её тело горело не от пара. Оно горело от стыда, от унижения, от странного, всепоглощающего возбуждения. Она закрыла дверь, прислонилась к ней спиной и, дрожащими руками, коснулась своих сосков. Они были твёрдыми, как камень, и невероятно чувствительными. От её прикосновения по всему телу пробежала судорога наслаждения.
Она только что публично разделась перед мужем, свекром и его сыновьями. И самое ужасное было в том, что часть её — та самая, тёмная, из глубин её деревенской, природной сущности — ликовала. Она была желанна. Она была сильна этой своей желанностью. Она была замечена.
А внизу, в бане, Игорь Владимирович, наливая себе и Дмитрию ледяной квас, сказал, глядя на дверь, в которую она скрылась:
— Крепкая девка. Выносливая. Чувствуется порода.
Дмитрий хмыкнул, вытирая шею полотенцем:
— Порода-то породой. Но дрессировать и привыкнуть ей нужно.
Отец медленно потягивал квас, его глаза сузились.
— Всему своё время, Дим. Всему своё время. Главное — не испугать, я узнал, у неё мама и сестра такая же, только никому не сын. Она сама придёт. Когда поймёт, где её настоящее место.
Артём, уже одевшийся, ничего не слышал, молча смотрел в пол и вышел. Он что-то понимал. Или не хотел понимать. В любом случае, его мнение в этой комнате не имело никакого веса.
Глава 3: Уроки физики и алхимии
На следующий день после бани Алёна проснулась с ощущением, будто её тело принадлежит не ей. Оно было тяжёлым, чувствительным, и каждый нерв будто оголён. Мысль о том, чтобы выйти из комнаты и снова встретить их взгляды, была невыносима. Она просидела в постели до полудня, пока Артём не ушёл в свой кабинет на звонки.
Её спасло,
Эротические и порно XXX рассказы на 3iks
Факультативное обучение