Название:
Морская короваДобавлен:
Вчера в 23:03Категории:
Зоофилы Фантазии Подчинение и унижение
сама искала спасения у
стаи. Я подплывала к вожаку, покорно подставляя ему шею под массивный
плавник, и отключала мысли. Секс стал моим анастетиком. Каждое их
грубое, сильное вторжение, каждый толчок пульсирующей плоти внутри моих
растянутых, горячих стенок выбивали из головы остатки человеческих
концепций. В эти минуты я не думала о морали или падении — я просто
растворялась в гидроакустическом шуме.
Их частые, вибрирующие щелчки, направленные прямо в мой живот,
успокаивали внутреннюю дрожь. Мой стон, теряющий последние человеческие
интонации, превращался в низкий, утробный рокот. Оргазмы следовали один
за другим — темные, тяжелые, животные. После них я часами лежала в
полном беспамятстве (deep subspace), позволяя самцам тереться о мои
раздавшиеся бока, смывая с себя остатки вины вместе с их остывающим
семенем.
Внешний мир сузился до нечетких пятен. Изредка с той стороны прозрачной
стены происходило какое-то движение, но мое новое сознание больше не
идентифицировало его как «работу ученых» или «медицинский осмотр». Для
меня это были просто белые двуногие тени, лишенные запаха и тепла.
Иногда к стеклу снаружи прижимали плоские, холодные диски (аппараты
УЗИ), и от них сквозь толщу воды до моего живота доходили странные,
щекочущие ультразвуковые волны. Малыши внутри меня мгновенно отзывались
на этот раздражитель судорожными толчками, и я инстинктивно закрывала
живот хвостовым плавником, глухо пощелкивая на тени за стеклом. Один раз
сверху, из воздушной среды, опустилась длинная металлическая лапа. Из
нее высунулось что-то острое и жалящее, уколовшее меня в основание
хвоста. Было больно, но уже через минуту, когда вожак стаи подошел ко
мне и увлек в совместный плавный круг по периметру, я забыла про укол.
Моя память теперь удерживала события всего на несколько минут, фиксируя
только базовые ощущения: холод, тепло, голод, подчинение.
Время потеряло линейность. Оно измерялось только весом, который я носила
в себе. К восьмому месяцу плод — или плоды — разросся до колоссальных
размеров. Мой живот превратился в огромную, горячую, лоснящуюся глыбу,
которая тянула все тело вниз, к донному фильтру. Кожа на нем натянулась
настолько, что сквозь нее проступил синеватый рисунок кровеносных
сосудов. Она стала глянцевой, блестящей и невероятно чувствительной к
малейшим перепадам температуры воды.
Я больше не могла плавать сама. Мои руки-плавники были слишком слабы, а
мышцы хвоста не справлялись с весом тридцатикилограммовой живой массы
внутри. Стая взяла на себя полное жизнеобеспечение. Мои три мужа
дельфина дежурили около меня посменно. Они подплывали снизу, подставляя
свои жесткие, мускулистые спины под мое обмякшее, тяжелое брюхо, и
бережно перемещали меня по бассейну, помогая подниматься к поверхности
для редких, шумных вдохов.
Их отношение ко мне изменилось: жесткие спаривания сменились осторожным,
почти благоговейным ухаживанием. Они медленно скользили своими фаллосами
по моей половой щели, слегка растягивая ее, и это деликатное, теплое
трение приносило мне глубокое, тупое удовлетворение. Я полностью приняла
свою роль. Я была сытой, тяжелой, вынашивающей самкой. Окружающая вода,
пропитанная мускусом стаи, казалась мне единственно возможной атмосферой
для жизни.
К восемнадцатому месяцу гипербеременность достигла своего пика. Я
превратилась в огромный, живой кокон. Мое человеческое эго умерло
окончательно; внутри черепной коробки не осталось ни одной мысли,
оформленной в слова. Только акустические образы, ощущения сытости и
глухие, мощные толчки изнутри моего колоссального чрева. Плод двигался
медленно, ворочаясь в околоплодных водах, и каждое его движение
отзывалось во мне волной животного, первобытного триумфа.
Я лежала на боку на дне резервуара, тяжело и мерно выпуская воздух.
Вокруг меня непрерывно кружили дельфины, создавая своими телами защитный
круговорот воды. Двуногие тени за стеклом суетились, включали
дополнительные прожекторы, направляли на меня объективы, но для меня их
больше не существовало.
Был только этот бассейн. Эта теплая, плотная вода. Эта стая, которая
держала меня, и эта колоссальная, зрелая жизнь внутри моего тела,
готовая вот-вот вырваться наружу.
Роды начались на восемнадцатом месяце. Они были долгими и тяжёлыми.
Я лежала на дне бассейна, прижавшись к одному из дельфинов. Схватки были
сильными и глубокими. Каждый раз, когда они накатывали, я чувствовала,
как огромный плод давит
Эротические и порно XXX рассказы на 3iks
Луиза