Название:
Секс во время чумы (Полная версия)Добавлен:
Сегодня в 12:28Категории:
Лесбиянки В попку Минет Наблюдатели Групповой секс Классика Остальное Традиционно
не видел ни на одной фреске, ни в одном манускрипте. Это было за гранью искусства. За гранью греха. Где то в области, которую Церковь не картографировала, потому что боялась.
Клара повернула голову. Её губы нашли Изабеллины, мягко, невесомо, как мотылёк садится на лепесток. Поцелуй долгий, медленный, с языками, которые виднелись, розовыми, влажными, как бутоны, раскрывающиеся навстречу солнцу. Изабелла отвечала уверенно, с тем знанием женского тела, которое бывает только у женщин, которые познали мужчин и поняли, что мужчины не всё.
Кларины руки поднялись, легли Изабелле на затылок, погрузились в чёрные волосы, притянули глубже. Изабелла застонала. Тихо, коротко, как от боли. И я увидел, как её пальцы скользнули вниз, по Клариной рубахе, по животу, ниже, к краю ткани, и дальше, под неё.
Клара вздрогнула. Всё тело дрогнуло, как струна, и голова откинулась назад, и шея выгнулась, и на ней пульс, бьющий, видимый, быстрый. Губы раскрылись. Изабеллина рука двигалась медленно, под рубахой, между бёдрами, и Клара подавалась навстречу чуть чуть, ритмично, как прилив.
— Лука, — прошептала Клара. Моё имя в её устах, между стонами, звучало как заклинание. — Иди сюда.
Я подошёл. Встал перед ней. Её руки, дрожащие, горячие, легли мне на грудь, скользнули вниз, нашли край рясы. Потянули. Я поднял руки, рясь слетела через голову, и я стоял голый по пояс, с шрамами от Лючиных ногтей на спине, с крестом на груди, который висел на верёвке и болтался между ключицами.
Клара поцеловала меня. Губы полные, вкус вино и голод. Её язык проник в мой рот, и одновременно Изабеллина рука была между её ног, и Клара двигалась между нами: вперёд ко мне губами, назад к Изабелле бёдрами. Зажатая между двумя телами, между мужчиной и женщиной, между желанием и желанием, она двигалась, как маятник, как огонь, как дыхание.
Мои руки нашли её грудь под рубахой. Маленькую, упругую, с сосками, которые стояли, как камешки. Я мял жёстко, грубо, потому что нежность была не для этого, не для этого времени, не для этого места. Она застонала мне в рот, и Изабелла за ней, и их стоны слились, высокий и низкий, как две ноты в аккорде.
Рубаха Клары упала. Она стояла голая, между нами. Тело тонкое, стройное, с бледной кожей, которая не видела солнца неделями. Грудь маленькая, острая, с сосками цвета розовых лепестков. Живот плоский, с линией волосков, которые спускались от пупка, как ручей, к треугольнику, тёмному, аккуратному, как мазок мастера. Бёдра узкие, с выступающими костями, с родинкой на левом, как у Изабеллы. Совпадение? Или все женщины одинаковые, когда с них снимают шёлк и холст?
Изабелла тоже разделась. Два тела рядом. Разные и одинаковые: Клара бледная, тонкая, как тростинка; Изабелла смуглая, полная, как спелый плод. Две женщины. Две красоты. Два способа быть живой.
Клара опустилась на колени. Передо мной. Её руки скользнули по моим бёдрам, по рёбрам, вниз. Она взяла меня в рот не так, как Изабелла вчера: не технично, не уверенно, а голодно. Жадно. Как человек, который три недели был заперт в подвале и сейчас ест не хлеб, не мясо, а жизнь. Её рот был горячим, влажным, и язык двигался хаотично, страстно, то быстро, то медленно, то по головке, то по стволу, и её пальцы, тонкие, с мозолями, обхватывали основание, и она брала глубоко, до горла, и давилась, и отступала, и снова глубоко.
Изабелла встала за мной. Её тело прижалось к моей спине: грудь, живот, бёдра. Горячая, мягкая, как подушка из плоти. Её губы на моём плече, на шее, на ухе. Руки на груди, на животе,
Эротические и порно XXX рассказы на 3iks
кемпинг