Название:
КукиДобавлен:
Сегодня в 03:31Категории:
Фетиш Групповой секс Подчинение и унижение
я сам. Не зубы. Не чип. Глаза. Дай руки.
Я не дала. Он взял их сам — мягко, без рывка, — прижал мои запястья к подлокотникам и удержал одной ладонью, как когда-то удерживал их ремнями врач в ту первую ночь у него в кабинете. Не больно. Просто без выбора.
— Смотри на огонь, — сказал он. — Не на меня. Пока можешь выбирать, куда смотреть, — смотри туда.
Он открыл футляр. Я услышала тихий, влажный звук — жидкость в углублении, — и почувствовала, как палец, не чужой, знакомый, пахнущий кедром и виски, приподнял мне веко. Не пинцет — просто подушечка, скользкая от раствора, легла на глазное яблоко на долю секунды раньше, чем он опустил линзу движением настолько точным, что я поняла: он делал это раньше. Может быть, не со мной.
Жжение пришло сразу — резче, чем от чужих рук, будто тело узнавало, кому принадлежат эти пальцы, и отзывалось не на раствор, а на него самого. Второй глаз — так же, без спешки, с той же аккуратностью, с какой он подрезал мне ногти по вечерам или расчёсывал колтуны после купания. Обычные, домашние жесты, применённые к тому, что нельзя отменить.
— Моргни, — сказал он, отпуская мои запястья.
Я моргнула — и мир не перевернулся сразу, как в тот раз с чужим врачом. Он раскололся медленнее, слоями.
— Вблизи ты теперь почти слепа, — сказал он, наблюдая за моим лицом, не за огнём. — Дальше тридцати сантиметров острота выше человеческой, в сумерках — как у кошки. Зрачок теперь внешне полностью собачий, радужка потемнела, с золотым отливом. При свете под нужным углом глаза будут вспыхивать. Но это не главное.
— Красное и зелёное, — продолжил он. — Собаки их не различают. Для них это один и тот же цвет — где-то между жёлтым и грязью. Ты будешь видеть небо и траву — но не то яблоко на столе и не этот огонь перед тобой. Они станут одним оттенком. Синий и жёлтый я тебе оставил. Остальное забрал.
Огонь в камине — тот же огонь, что я смотрела всю жизнь, — перестал быть оранжевым. Он остался тёплым, живым, но потерял имя, которое я всегда ему давала: не рыжий, не золотой, просто светлое пятно, тон без названия. Ковёр под ногами, зелёный, персидский, с узором, который я месяцами разглядывала лёжа, не исчез, но зелень в нём вылиняла в грязновато-жёлтое, будто кто-то полил его слабым чаем.
Я поискала глазами шрам на костяшке его руки, тонкий и розовый, который узнавала по цвету раньше, чем по форме. Не нашла. Кожа была одного ровного тона.
Попробовала вспомнить красные фары такси, которые красила в свою первую ночь в этом городе, — картинка была на месте, но цвет в ней стёрся до одного оттенка вместе с небом за ней, будто из старой фотографии вынули один из слоёв.
Раньше я смешивала на палитре ультрамарин и охру, чтобы поймать закат над рекой. Теперь моей палитрой были синяки на собственных бёдрах — я различала их лучше всего на свете: жёлто-зелёные, почти сошедшие, и глубокие, лиловые, ещё живые. Только эти два тона я и видела правильно — потому что только их пропускал сквозь себя новый цвет моих глаз. И Хозяин был единственным критиком, чьё одобрение я ждала за эту работу.
Первые дни я отказывалась смотреть на себя вообще — не из страха, а из чего-то проще: если не поднять глаз к зеркалу, можно притворяться, что ничего не изменилось. Марта подводила меня к раковине умыться, и я держала взгляд на полу,
Эротические и порно XXX рассказы на 3iks
НА ПРИВАЛЕ...