Название:
Вьетнамский тупик (Полная версия)Добавлен:
Сегодня в 03:57Категории:
Золотой дождь Подчинение и унижение
надо.
Эл чуть наклонил голову — не в поклоне, а просто чтобы показать, что услышал, — и снова провёл щёткой по полу. Вода разлеталась брызгами, кафель становился чище, а в голове крутилась упрямая мысль: пусть сегодня к нему относятся чуть менее враждебно. Пусть его по‑прежнему зовут Белоснежкой. Пусть эта работа остаётся тяжёлой и унизительной.
Главное — он замечал перемены. Он видел, как меняется тон, как исчезают самые острые провокации, как даже в этом жёстком мире можно найти крошечные лазейки, чтобы держаться на плаву.
Вечер опускался на фабрику тяжело, будто оседал пылью между рядами швейных машин. В прачечной пахло сыростью, хлоркой и густым цветочным кондиционером — запах, который уже въелся в стены и, казалось, в саму кожу Эла. Он нёс свою корзину с вещами, прижимая её к боку, как щит, который почти ничего не защищал.
В помещение вошла работница — молодая, уверенная в себе, с прямой спиной и взглядом, в котором не было ни капли сомнений. Она двигалась так, будто фабрика принадлежала ей, а все остальные здесь были лишь временными гостями. В руках у неё была корзина, набитая до краёв. Она скользнула по Элу взглядом — и в этом взгляде было откровенное презрение, холодное и отточенное, как лезвие. Казалось, ей даже не нужно было ничего говорить: само её присутствие ставило его на место.
Эл замер на секунду. Ему показалось, что сейчас она кивнёт на корзину, бросит короткое слово на вьетнамском — и он снова окажется в роли того, кто должен всё делать за других. Но вместо приказа женщина просто поставила корзину на край стола и чуть приподняла бровь, будто оценивая, стоит ли заставить его стирать ее вещи.
И Эл вдруг решил не ждать. Сам шагнул вперёд, взял корзину — не резко, а осторожно, словно в ней было что‑то хрупкое. Женщина чуть задержала на нём взгляд, потом едва заметно усмехнулась — не добро, а так, как усмехаются, когда видят что‑то забавное и одновременно нелепое. Она не отказалась. Просто пожала плечами, будто говоря: «Делай, если хочешь», — и отошла к баку с водой, скрестив руки на груди.
Он принялся разбирать вещи. Сначала — грубые хлопковые рубашки, потом — простые штаны, а на самом дне лежали предметы, которые он старался не разглядывать слишком пристально: нижнее бельё. Но теперь, когда он держал его в руках, не получалось не замечать. Ткань была тонкой, почти невесомой, кое‑где прошитой аккуратной строчкой, с крошечными узорами, которые терялись в складках. На некоторых вещах виднелись маленькие вышитые цветы — не броские, не кричащие, а такие, будто их делали не для того, чтобы показать, а чтобы просто было приятно касаться.
Эл стирал бережно, почти осторожно, будто боялся повредить эту хрупкую красоту. Он тёр ткань мягкой щёткой, смывал пену под струёй воды, раскладывал вещи на решётке так, чтобы они не мялись. И всё это время в голове крутилась упрямая, горькая мысль: насколько же это бельё отличалось от того, что давали ему. Его вещи были простыми, почти безликими — будто специально лишёнными любой индивидуальности, любой попытки сделать их хоть чуточку приятнее. А здесь была забота — в каждом стежке, в каждой вышивке, в самой мягкости ткани.
Когда бельё сохло на верёвках, Эл думал не о том, как устал, и не о том, сколько ещё таких вечеров ему предстоит. Он думал о том, что красота может прятаться в самых обычных вещах — в вышивке на манжетах, в тонкой строчке, в том, как ткань ложится складками. И в том, что даже в этом сером, жёстком
Эротические и порно XXX рассказы на 3iks
С женой проституткой