Название:
Секс во время чумы (Полная версия)Добавлен:
Вчера в 12:28Категории:
Лесбиянки В попку Минет Наблюдатели Групповой секс Классика Остальное Традиционно
и я ответил, и мои руки легли ей на спину, на лопатки, на позвоночник, который прощупывался под кожей, как бусы под тканью.
Гвидо открыл глаза. Посмотрел на меня. Снизу, из-за Изабеллиного плеча. В его взгляде не было ни ревности, ни стыда. Только жар. Тупой, звериный, как у животного в брачный сезон. Его рука протянулась, легла мне на бедро. Сжала. Не нежно. Жёстко, как хватка, и я почувствовал его пальцы сквозь ткань штанов, и от этого прикосновения, от этой мужской руки, тяжёлой, мозолистой, возбуждение стало таким, что я не мог дышать.
Изабелла слезла с него. Легла на спину, между нами, и её тело было раскалённым, мокрым, и платье задрано до шеи, и всё открыто: грудь, живот, бёдра, и между ними тёмная влажность, блестящая, как мокрый мох. Она протянула руки обоим. Левой ко мне. Правой к Гвидо.
— Оба, — прошептала. — Хочу обоих.
Гвидо лёг справа. Я слева. Её тело между нами, и наши руки на ней, и её руки на нас, и всё смешалось: губы, пальцы, дыхание. Гвидо целовал её шею, её ключицу, её грудь, и я целовал её рот, её ухо, её плечо, и она стонала, и её тело двигалось между нами, как волна между двумя берегами.
Моя рука скользнула вниз, по животу, по волосам, между бёдрами. Она была мокрой. Мокрой так, что пальцы скользили, как по маслу. Я нашёл её, твёрдую, набухшую, и стал тереть, медленно, кругами, и она вскрикнула, и Гвидо закрыл ей рот поцелуем, и её стоны утонули в его рту.
Гвидо вошёл в неё. Снизу, как раньше. Она ахнула, выгнулась, и моя рука осталась между ними, между их телами, и я чувствовал, как он движется в ней, через тонкую стенку, каждый толчок, каждое движение. Мои пальцы на ней, его член в ней, и она между, и она кричала, тихо, в подушку, в солому, в мою ладонь, которую я положил ей на рот.
— Ещё, — прошептала она, когда смогла говорить. — Лука, ещё. Хочу тебя тоже.
Я понял. Не сразу. Потом понял. Моя рука, мокрая от неё, скользнула ниже, дальше, за ту грань, где заканчивается привычное и начинается запретное. Палец, мокрый, скользкий, нашёл вход, тугой, горячий, и нажал. Осторожно. Изабелла вздрогнула. Вся. Как от удара. И потом расслабилась, и палец вошёл, и она застонала так, как не стонала раньше, низким, грудным голосом, который я не слышал.
— Да, — сказала она. — Да. Так. Оба. Оба.
Гвидо двигался в ней снизу, и я двигался пальцем, и она была заполнена, и её тело содрогалось, и мышцы сжимались, и она стонала, и мы стонали вместе с ней, три голоса, три дыхания, как три колокола, которые звонят одновременно. Потом я заменил палец. Она вскрикнула. Громко. Больно и сладко. И Гвидо застонал, потому что почувствовал меня через стенку, и я почувствовал его, и мы двигались в ней, в одном теле, в одной женщине, и каждый толчок был как удар в небо, как крик Богу: мы здесь, мы живые, мы любим, и ты не можешь нас остановить.
Изабелла кончила так, что я испугался. Тело её забилось, как рыба на берегу, и крик вырвался из горла, дикий, звериный, и она сжалась вокруг нас обоих так, что я не мог двигаться, и Гвидо не мог, и мы замерли, оба внутри, и чувствовали, как она пульсирует, как содрогается, как волна проходит через неё от макушки до пяток. Гвидо кончил следом, с рычанием, с проклятием, и я чувствовал его пульсацию через стенку, и это довело
Эротические и порно XXX рассказы на 3iks
Мой любимый качок, часть 2. Карты