Название:
Секс во время чумы (Полная версия)Добавлен:
Вчера в 12:28Категории:
Лесбиянки В попку Минет Наблюдатели Групповой секс Классика Остальное Традиционно
отлетел назад, в дверь, факел выпал, покатился по каменному полу, рассыпая искры. Кривоногий закричал, тонко, по-женски, и бросился к выходу. Я шагнул за ним, схватил за ворот, рванул назад. Он упал. Я наступил на руку, которая держала дубину. Хруст. Крик. Я поднял посох и ударил, в висок, один раз, точно, как учил Михаэль: Не думай. Бей. Если решил, то бей.
Кривоногий затих.
Рыжий лежал у двери. Челюсть свёрнута, лицо в крови. Живой. Я встал над ним. Он смотрел снизу, глазами, полными ужаса, и шевелил губами, из которых шла кровь.
— Епископ? — спросил я. — Правда?
— Нет, — прохрипел он. — Нет. Не епископ. Мы... сами. Слышали, что Медичи... золото...
— Золото, — повторил я. — Золото.
Я посмотрел на него. На его лицо, разбитое, кровавое. На его руки, которые держали дубину, которой он хотел бить нас, брать наших женщин, наше золото, нашу жизнь. И я не почувствовал ничего. Ни жалости, ни гнева, ни торжества. Пустота. Как колодец, на дне которого нет воды.
Гвидо подошёл. Топор в руке, кровавый. Лицо спокойное, как у мясника после работы.
— Что с ним?
— Убей, — сказал я.
Гвидо не колебался. Топор поднялся. Опустился. Один раз. Точно. Рыжий затих.
Тишина. Три тела на полу зала Медичи. Кровь, тёмная, блестящая в свете упавшего факела. Запах: железо, вино, моча, которой описался кривоногий, когда умирал.
Я стоял и смотрел на свои руки. Чистые. Без крови. Посох сделал своё дело. Но я чувствовал смерть на ладонях, как плёнку, невидимую, тонкую, которая не смывалась.
— Вытаскиваем, — сказал Гвидо. — Во двор. К стене.
Мы вытащили. Три тела, как три мешка. Во дворе, у стены, где утром лежали Джакомо, Паола и Лоренцо. Ирония. Место не пустовало.
— Хороним? — спросил Гвидо.
— Нет, — сказал я. — В Арно. Пусть река заберёт. Они не заслужили земли.
Ночью мы вынесли их к реке. Вдвоём, в темноте, по переулкам, мимо спящих и мёртвых. Сбросили с набережной, в чёрную воду. Три всплеска. Три круга на воде. Тишина.
Вернулись. Помылись. Спустились в подвал. Женщины ждали. Молча. Глаза большие, блестящие. Клара встала, подошла ко мне, обняла. Изабелла обняла Гвидо. Виолетта стояла, одна, с ножом в руке, и смотрела на нас, и в глазах её, тёмно-медовых, было что-то, чего я не мог прочитать. Не страх. Не облегчение. Оценка. Она оценивала нас, как скот на рынке, и я не знал, прошли ли мы.
— Трое? — спросила она.
— Трое, — ответил Гвидо.
— Больше будет?
— Может быть, — сказал я. — Теперь знают, что здесь есть жизнь. Придут другие.
— Тогда нужно закрыться, — сказала Виолетта. — Крепко. Двери, окна, ставни. И ходы отступа. Если придут снова, нужно куда-то бежать.
— Куда? — спросила Изабелла.
— Я знаю, — сказала Клара. — Подвалы Медичи связаны с подвалами соседних домов. Подземный ход. Отец построил. На случай... — Она не договорила. Все знали, на какой случай.
— Покажи завтра, — сказал я.
— Покажу.
Ложились в темноте. Пятеро. На соломе. В подвале. Гвидо храпел. Изабелла дышала ровно. Виолетта сопела. Клара лежала рядом со мной, и её рука была на моей груди, и я чувствовал, как бьётся её сердце, быстрое, неровное.
— Лука, — прошептала она.
— Да.
— Ты убил человека.
— Да.
— Как себя чувствуешь?
Я помолчал. Искал слово. Не нашёл.
— Пусто, — сказал я.
— Это пройдёт. — Она прижалась теснее. — Или не пройдёт. Но ты живой. И мы живые. И это единственное, что имеет значение.
Я закрыл глаза. И не спал. И писал в голове, строка за строкой, потому что пергамент был далеко, а память
Эротические и порно XXX рассказы на 3iks
Горячие ягодки